Дело о двойняшке

— Потому что в ту минуту, когда ее выпустят из-под стражи как важную свидетельницу,
ее немедленно арестуют, предъявив ей обвинение в убийстве, или как сообщнице после
совершения преступления. Тогда Гамильтон Бергер начнет судебный процесс одновременно
против Гламис и вашего мужа в связи с убийством Веры Мартель. А после того, как ее
арестуют по обвинению в убийстве, ее уже никто не выпустит под залог. В таком случае,
Гамильтону Бергеру все равно придется провести процесс, хотя бы затем, чтобы не ударить в
грязь лицом и поддержать свою репутацию. Если ее арестуют за совершение убийства, к ней не
будут испытывать симпатии ни судья, ни общественность. Однако, пока такую очаровательную
девушку, как Гламис, держат под стражей, как свидетельницу, просто из прихоти окружного
прокурора, симпатии и судьи, и общественности на ее стороне. Для вашего сведения, судья
страшно разозлен и недоволен том, как окружной прокурор ведет процесс. Я ответил на ваш
вопрос?
Нэнси Джилман несколько минут обдумывала слова адвоката. Она заговорила уже другим
тоном:
— Я все равно считаю, что это самая абсурдная вещь, которую я когда-либо слышала.
Картер и мухи не обидит, а Гламис знает о том, что произошло, не больше… Она невиновна!
— Тогда почему несколько человек заявляют, что видели, как она выбегала из
мастерской?
— Чушь!
— Вы лично знаете, где в то время находилась Гламис?
— Нет. Я спала. Однако, я знаю то, что мне сказала Мьюриель, а Мьюриель считает, что у
Гламис не было возможности вернуться в дом, переодеться и ждать Мьюриель, пока та не
спустится с чердака. Абсурд какой-то!
— Пожалуй, все зависит от того, знали ли вы Веру Мартель при жизни, — заметил
Мейсон.
— Никогда о ней не слышала.
— Вы не стали бы ей платить, если бы она начала вас шантажировать?
— Я никому не стала бы платить, мистер Мейсон. Если бы кто-то попытался меня
шантажировать, я столкнула бы его с крыльца. Посмотрите на меня, мистер Мейсон и поверьте
в мою искренность. Я жила так, как хотела. Я не придерживалась общепринятых норм
поведения. Я родила незаконного ребенка. Вам это известно. Я могла бы выйти замуж за отца
Гламис, чтобы дать ей его имя. Однако, когда он узнал, что я беременна, он постарался спасти
свою шкуру. Я потеряла к нему уважение. Я решила, что одна рожу ребенка и воспитаю его так,
как считаю нужным. Я переехала сюда и замела свои следы, чтобы он меня не нашел. Если
покопаться в моем прошлом, то можно найти массу вещей, доказывающих, что мое поведение
частенько выходило из общепринятых замок. Однако, я всегда была верна себе и своим
убеждениям, всегда отстаивала свою точку зрения. Поэтому, оставаясь самой собой, я
вышвырну из своего дома любого, кто только попробует меня шантажировать.

© 2006-2016 Фонд "Литературная коллекция"

Вся информация, представленная на сайте предназначена только для личного ознакомления.